Но однажды вечером, я услышала, что мама с папой пошли в спальню, и решила попробовать еще раз подсмотреть. Голая я выскочила в коридор и подбежала к двери спальни. Ранее вздохи, стоны и покрикивания только интересовали меня, однако в этот раз, я почувствовала, что моя рука гладящая писку стала влажной, а между ног как будто все зачесалось. Я стала гладить сильнее, замечая, что в некоторых местах гладить, было значительно приятнее. Второй рукой я захотела погладить себя по груди. Я отпустила косяк двери, прижалась к самой двери и начала гладить свой сосок. В это время мой локоть прижался к ручке двери, которая повернулась, дверь открылась и я ввалилась в спальню родителей. Я упала на колени, и увидела изумленные взгляды мамы и папы, абсолютно голых расположившихся на полу. Я вскочила и побежала к себе. Как только я легла в кровать ко мне зашла мама. Она сразу подошла к кровати, подняла одеяло и, смотря на мои соски, просунула свою руку у меня между ног. Мама была голая и соски ее грудей топорщились в тот момент также как мои. Она взяла мою руку и молча положила ее себе между ног, я почувствовала там такую же влагу и большую температуру как чувствовала несколько минут назад у себя. Мама поводила пальчиком под складочками мой писки и посмотрела на весь мокрый палец, который она от туда достала. Она погладила меня по топорщившемуся соску и вышла. Всю ночь я просыпалась, от представления голых мамы и папы, лежащих на полу, и начинала гладить себя. Утром мама пришла ко мне. Она сказала, то чем я занималась у женщин называется мастурбацией, а у мужчин онанизмом. Она рассказала, что в этом нет ни чего плохого, но много заниматься этим тоже не стоит. Ты много занималась этим ночью? Спросила она, я кивнула, Ты часто подглядывала? Я помотала головой: - там ничего не видно только слышно. Подсматриваешь за папой? Я кивнула, Где? - в ванне, только там ничего не видно, только плечи. Мама улыбнулась, пойдем сказала она, взяла за руку и привела в спальню. Я была голая и, идя по квартире, боялась встретить папу, но он был в душе.